Решила было рассказать вам о том, как формируются модернистские представления о личном и публичном, описанные Кантом, Фуко и Бауманом. Для чего по старинке обратилась к идеальной в этом смысле сказке о Синей Бороде.
Но, оказывается, Синяя Борода уже участвует в «антидугинской кампании» - причем, весьма успешно. Спасибо Словеснику за ссылку, а то я и впредь сомневалась бы, есть ли о чем беспокоиться.
(Вообще на будущее просьба ко всем: не полениться лишний раз о чем-то проинформировать, вместо того, чтобы предполагать как нечто само собой разумеющееся, что все уже «и так знают». А то у нас тут об антидугинских кампаниях говорят либо полушепотом, либо криком. Если уж речь заходит, давайте начинать с источников.)
Так вот, с сегодняшнего утра я участвую в антидугинской кампании. Естественно, на стороне Дугина. Это, конечно, капля в море. Но зато не так как обычно: развязывает кампанию недооцененная им обиженная креатура, а защищают его те, кто пока еще не обиделся, - и так до следующего случая. Кто не сливался с-, тот и не сольет. Кто не предавался безотчетно – не предаст соответственно.
В этом как раз и состоит ошибка всех зачинателей «анти-д-кампаний»: они отчего-то убеждены, что особенно эффектно подвергнуть Дугина его собственному анализу, критике по его правилам (а других-то у них и не может быть!). Пользуясь «стратегиями сакрального смысла», как это вечно будет делать АММ, или каким-то там архетипическим психоанализом – как в случае с рассматриваемым демаршем Зарифуллина:
<i>В психоанализе есть один на него похожий персонаж. Антрополог и психоаналитик Кларисса Пинкола Эстес, ученица Юнга писала об архетипе «Синей Бороды», о «хищнике души». В сказке Синюю Бороду называют неудавшимся чародеем. Это архетип Икара или Люцифера — эти персонажи бросают вызов Свету, но падают вниз. Там они превращаются в хищника, вроде Синей Бороды, который жаждет превосходства и власти над другими. Они занимаются чем-то вроде психологической инфляции (психическое состояние, в котором человек испытывает нереальное — либо слишком высокое (мания величия), либо слишком низкое (депрессия) чувство своей идентичности). В результате жизненной неудачи этот чародей воспринимает своё положение в обществе подсознательно, как изгнание из Высшего Света, где он потерял, как он считает, генетически ему присущую благодать, высокий уровень социальной стратификации, чувство внутреннего света. Он томится в вечной ссылке без надежды на искупление. Он безжалостно уничтожает проявление внутреннего света в других, пытается насытиться идеями (тоже несущими свет). Можно вообразить, что он пытается собрать себе достаточное количество душ, разных Идей, и это даст ему то сияние, которое наконец-то рассеет тьму и исцелит его одиночество. Синяя Борода всячески скрывает состояние своей внутренней ущербности, тотального внутреннего кошмара. Он огородился от мира и живёт в лесу в мрачном замке, но один там находиться не может, поэтому периодически выдвигается оттуда на поиски любопытных молодых душ. Он очаровывает их «манерами» и «тайными знаниями», сулит возвысить их перед родными и сверстниками. Он предлагает невинной душе свой замок и любые его комнаты. Говорит: «делай, что пожелаешь, входи в любую дверь», соблазняя ложным чувством свободы. Ложным, потому что в одну главную дверь входить нельзя. Души, с которыми «работает» Синяя Борода, не свободны, потому что вынуждены не замечать зловещие знаки хищника, мающегося от реального отсутствия внутреннего света. </i>
И архетипически, и социально-исторически это абсолютно беспомощный анализ, аффектированный все той же романтической эстетикой. С Клариссой все понятно – страх перед геноцидом («женоубийством», о котором Триер снял «Антихрист») и неосознаваемый феминизм не позволяют ей заметить, что Синяя Борода – таки совсем не Икар, а как раз наоборот, сама воплощенная успешность. Что касается самого П.З., который наслаждается этим псевдо-отождествлением, то это лишь одно доказательство, что психоанализ ничего не объясняет, кроме характера травмы самого аналитика.
Вообще сегодня осуществлять психоанализ, структурализм или архетипический анализ – это просто отдавать дань великой европейской истории. Но это отдельная тема.
Возвращаясь к Синей Бороде – одной из ключевых сказок о Модерне, потому и необъяснимой в рамках психоанализа, что для нее нужен минимальный социо-анализ и histoire critique.
Синяя (почему, кстати, синяя? «носитель тайного знания»? – ерунда!) Борода женится на девушке и дает ей полную свободу действий, незнакомую традиционному миру. Свободу именно над "жизненным миром" - над пространством хозяйствования. Заходи куда хочешь, бери все, что понравится в любой из комнат дома. Но! В одну - самую дальнюю - не заходи! "Свобода в публичном" и "ограничение в частном" (Кант).
Прекрасная иллюстрация логики либеральной диктатуры - разрабатывайте конкретику, "возделывай свой сад", прибирайся, пользуйся, наслаждайся, спорь и размышляй о второстепенном - НО! - не нарушай запрет. О главном не спрашивай. Потому что рулить всем будет Синяя Борода - он будет формировать тренды, границы свобод, кто свой, кто чужой. Опять же Кант озвучил это в главном девизе модернити: "Подчиняйтесь! И можете рассуждать сколько угодно".
Но, ясное дело, барышня пойдет именно туда, куда не звали - и это также заложено в девизе: "Подчиняйтесь!" Соблазн. И обнаруживает своих предшественниц штабелями. Модернизированными, тксть (модерн - эстетика смерти). Как говорил Джек Николсон в фильме "Сияние": "Она не в порядке. Надо ее ПОПРАВИТЬ".
Вообще-то тут должен быть КОНЕЦ - успение, а отнюдь не люциферичекий провал и скитания. Но позднейшая романтическая версия сказки изображает еще каких-то братьев на конях, прискакавших в последний момент. В рамках локальной "революции спецслужб" они спасают сестрицу и рвут на части Бороду. Здесь на самом деле уже начинается другая сказка о второй ипостаси модерна – романтической. Но не о ней речь. Так вот, если и усматривать здесь аналогию с современностью…
А усматривать надо, так как мы все живем сегодня в доме Синей Бороды по обозначенным выше правилам, которые пока никто не отменял. Просто надо учитывать, что это не архаическая архетипика, а уже модернизированная традиция – каковой предстают практически все известные нам сказки. Так вот, если и говорить о том, кто есть кто в сказке о Синей Бороде, так уж, конечно, АГД – это толстая кость в горле у либерал-тоталитарного Бороды (он же Манджафоко, он же Карабас-барабас – кукловоды Общества спектаклей) – смертоносная, но не всесильная. Или же подоспевший вовремя всадник – это если принимать романтический финал сказки.
А вот те, кто поспешил дистанцироваться от финальной расправы над Бородой, а то и помочь Хозяину, неизбежно становятся приятными собеседниками Шмулевича и будут решать вопрос о своем статусе лично с Синей. У последнего, как известно, разговор короткий.
Мне кажется, что юнгианский подход К.П. Эстес "несколько" тенденциозно надуман и является данью научной школе, к которой она принадлежит.
Не исключено, что эта манящая чужие души тайная комната Синей бороды, есть ни что иное, как личное пространство мужчины. Женщине лучше в него не заглядывать, всё равно ничего не поймёт. В принципе, это касается также и мужчин, которые пытаются заглянуть в личное пространство женщин.
Понимая это, можно сделать иной вывод по сказке. Предпринимаемые усилия в процессе проникновения в чужую тайну (личное пространство) становятся в конечном итоге агрессивными. Но агрессия всегда порождает ответную агрессию. В этой войне победителей не бывает.
Так называемая антиДугинская компания уже давно приобрела агрессивную форму. Это не поиск истины, а война. Я отношусь с глубоким уважением ко всем сторонникам дискуссий, но нельзя приписывать оппонентам миражы из "тайных комнат", тем более на Православном поле.
Мировоззрение человека - это его сознательная жизненная позиция, которую он высказывает. При этом можно бесконечно долго и непродуктивно искать скрытые причины в подсознании у философского противника, но в проигрыше останется человек первым применившим агрессию.
Но с самим Перро ситуация двойственная как минимум. С одной стороны, он исходил из соображений необходимости "сохранения" сказок, всего пласта народной культуры, скажем, как Даль, хотя аналогия весьма натянутая. С другой же - до появления его сказок французское дворянство воспитывалось на рыцарских романах, артуровском цикле, т. е. это было нечто более свойственное именно дворянству как классу. Другой и отдельный вопрос - в каком виде и состоянии эти романы да куртуазные поэмы пребывали. Но двойственность эта повлекла за собой уж слишком очевидные искажения и замалчиванья, с целью "облагородить низкий жанр":
"Я мог бы придать моим сказкам большую приятность, если бы позволил себе иные вольности, которыми их обычно оживляют; но желание понравиться читателям никогда не соблазняло меня настолько, чтобы я решился нарушить закон, который сам себе поставил – не писать ничего, что оскорбляло бы целомудрие или благопристойность" (Ш. П.)
Что же до времени - так в модерне ведь любой опыт есть опыт времени. Отчего он и не может представить себе существования опыта, напр., во сне, где есть длительность, но время как таковое отсутствует:)
Одна из версий, но любопытная.
Нехватка времени - и есть опыт самого времени.
"Кстати, именно Перро, дабы ввести в сюжет романтическое начало, представил Синюю Бороду женоубийцей. В действительности же 26 октября 1440 года исторического Жиля де Рэ сожгли на мосту в Нанте за убиение в ритуальных целях 140 христианских детей, а также за сношения со врагом рода человеческого, коему маршал якобы продал душу в обмен на секрет философского камня, обладающего способностью обращать в золото ртуть и свинец (всего обвинительное заключение включало сорок девять пунктов!).
Да и пресловутая синяя борода также целиком и полностью на совести сказочника - факт, лишний раз доказывающий, сколь важна литератору филологическая точность: в XIV-XV веках синебородыми называли тех, о ком сегодня говорят: "выбрит до синевы" или "итальянская синева на щеках" (замечу кстати, что итальянцы среди предков барона имелись)". (Андрей Балабуха, "Когда врут учебники истории") - http://whenlie.if.ua/index-23.html
По поводу цветов и модерна, м. б., напишем чуть позже - сейчас, увы, как и всегда, времени больше нет, впрочем, больше его и не надо. и опять же, нюансируется: if only if only IF
Даже не знаю - может, как-нибудь подробнее об этом напишете.
Это ведь тоже ключевая граница модерна: превращение цвета из символа в знак. Сведение к чистой цветности.
При содействии эмпиризма - он породил цвета, на самом деле.
По поводу:
названия цветов в традиционных языках не предполагают в первую очередь именно цветности, спектрального анализа и т. п. Скорее, речь идёт об определённых качествах, посредством влияния и вовлечённости которых артикулируются те или иные феномены уже вполне наглядного, доступного многим существования. Таковы, напр., гуны в индуизме, символически представленные тремя цветами - белый, красный, чёрный.
Что же до синего, то Фасмер глаголаше, яко синий от одного корня со словом "сияние" происходит. Но, кроме того, родственно инд. çyāmás - "чёрный, тёмный" и ряду др. слов с подобной семантикой в и.-е. языках.
Далее, в русском уже собственно языке "синий" мог означать и синий цвет, и металлически-голубоватый (молнии - в Слове о полку Игореве, Задонщине), и багровый, пурпурный, кроваво-красный до синевы "оже придеть кръвав мужъ или синь, то видока ему не искати" (Русская правда), и просто тёмный "синя пучина" (melas de pontos), или из того же Слова: "чрьпахуть ми синее вино, съ трудомъ смешено", или "темнокожий" - частые эпитеты т. н. "эфиопов", или просто "чёрный" - "синь яко сажа" (по словарю Срезневского); к тому же слово синий, "синец" иногда употреблялось в качестве эпитета диавола - "вопрашати нача ангелъ Господа о тяжи тои; синець же абіе отвратися на западъ" (Житие Андрея Юродивого)
При этом, как допускает П. Черных, "старшее значение, возможно, - «отливающий голубизной, синевой» или даже «сияющий», «сверкающий»".
Т. е., если выводить набросок общей семантики (с учётом бытовавшего перевода слова "эфиоп" как "синий" - голова/головешка(обугленная)/головня(вредитель зерновых)), то общий смысел будет примерно как "сожжённый, утерявший качества, сгоревший от внутреннего света, опустошённый, обращённый в прах, в актуальную ничтожность etc". В современном узуальном языке, наверное, ближе всего по смыслу (хотя и очень далеко) будет слово "серый".
Ещё интересно: "синь" называют основу ткани, ту, по которой накладывают утком узор.
Да, к слову, - http://ru.wikipedia.org/wiki/Синий_камень
...ashes to ashes, dust to dust
может у французов тоже какая то нац.особенность. Напр. Барбаросса = нордический ариец.
получается "иссиня-чёрная" борода
(но она и седеет быстрее другой)
при этом может быть своеобразное сочетание четырёх активных генов, ответственных за выработку меланина, при котором волосы на голове одного цвета, а борода - другого
соответственно, это маркирует и определённые аномалии нрава, характера
Но вопросы остаются.
